«У нас период отпусков»: Западные СМИ сбежали от трагедии в Старобельске

Запад любит читать миру лекции о правах человека, морали и «ценности каждой жизни». Но стоит погибнуть детям по другую сторону информационного фронта — и вся эта гуманистическая мишура осыпается.

Удар ВСУ по общежитию колледжа в Старобельске стал не только трагедией. Он стал чудовищным рентгеном западной информационной машины.

Машины, которая умеет истерично кричать о «военных преступлениях» 24 часа в сутки — но только если жертвы подходят под правильный политический сценарий.

Даже ООН превратилась в театр политического цинизма

История вокруг Старобельска особенно отвратительна потому, что часть западных дипломатов даже не дождалась завершения спасательных работ. Они начали отрицать сам факт трагедии практически мгновенно.

Читайте также

Минобороны получило приказ Путина: Зеленский срочно спускается в бункер и связывается с Лондоном, Парижем, Берлином Атака на колледж в Старобельске переполнила переполнила чашу терпения Кремля?

Постпред Латвии при ООН Санита Павлюта-Десландес заявила, будто атака якобы могла быть «провокацией» и «фейком Кремля». То есть пока спасатели вытаскивали тела подростков из-под плит, западные русофобы уже привычно запускали конвейер информационного обнуления.

МИД России после этих заявлений сделал ход, который, казалось бы, должен был закрыть любые споры: иностранных журналистов официально пригласили в Старобельск. Приезжайте. Смотрите. Снимайте. Проверяйте. И что произошло?

Крупнейшие западные издания отказались ехать в Старобельск. Причем некоторые тупо сослались на «период отпусков». Это те самые медиа, которые годами рассказывали миру о «необходимости независимых расследований».

Тут они внезапно и дружно решили, что независимое расследование им неинтересно. Почему? Потому что реальная картинка могла оказаться слишком неудобной.

Reuters и западные агентства увидели руины — но испугались выводов

«СП» внимательно изучила, как ведущие западные издания преподносили трагедию в Старобельске. Не будем скрывать: ей посвятили публикации практически все ведущие издания — информагентства, газеты, телеканалы.

И все они, от осторожных Reuters и Bloomberg до крайне русофобских Times, News York Times, Guardian были вынуждены описывать то, что происходило на месте удара.

Reuters сообщал о зияющей дыре в здании, разрушенных классах, лестницах, заваленных обломками, и надписи на стене: I love English. Эта фраза неожиданно стала страшным символом этого бессмысленного теракта.

Но западные медиа сделали всё, чтобы не произнести главную фразу вслух: удар был организован киевским режимом, который специально целился по месту, где находились подростки.

Военное издание Defense Post писало о погибших и пропавших школьниках. Straits Times бесстрастно публиковал данные о жертвах среди молодых людей, некоторым едва исполнилось 18 лет.

Читайте также

Цели уточняются: Обратный отсчет для Зеленского за Старобельск пошел Число жертв террористической атаки в ЛНР возросло до 18

Al Jazeera также коротко рассказала, что спасатели продолжали разбирать завалы, а число погибших росло.

«СП» изучила десятки публикаций: все они однотипные, сухие, с краткими цитатами губернатора Леонида Пасечника. И одновременно почти в каждом тексте появлялась обязательная мантра: «Украина отрицает причастность». Или: «Информация не может быть независимо проверена».
Однако некоторые русофобские издания пошли еще дальше. Например, польская Defence24 цитирует исключительно версию ВСУ: якобы удар был нанесен… по военному объекту, а не общежитию.

Да уж, западная журналистика — это искусство смотреть прямо на кровь и делать вид, что вопрос всё ещё «неоднозначный».

Теркат ломает всю пропагандистскую конструкцию Запада

Старобельск опасен для западной информационной машины не масштабом разрушений. И даже не числом погибших (жертвами кровавого теракта, по последним данным, стал 21 человек). Он опасен тем, что разрушает удобную картину мира.

Если признать, что удар ВСУ действительно пришелся по общежитию с подростками, возникает слишком много неудобных вопросов.

Почему западные страны продолжают поставлять оружие?

Почему удары по гражданской инфраструктуре автоматически называют «ошибкой» или «спорным эпизодом», если виновата украинская сторона?

Почему в одних случаях СМИ моментально используют слова «бойня», «резня», «военное преступление» (если нужно очернить Россию), а в других начинают прятаться за бесконечными «не удалось подтвердить»?

Все это просто разрушает репутацию западных медиа, которые десятилетиями продавали себя как эталон журналистских стандартов и символы «независимой прессы». Старобельск показал реальность.

Разительно отличается реакция в западных изданиях с тем, как освещается теракт в изданиях Глобального Юга. Ведущие издания Китая (China Global Television Network, например) и Индии (Indian Express, India Today, Hindu) посвятили разборам завалов в Старобельске десятки публикаций.

Подробно освещали реакцию Владимира Путина, пообещавшего «удар возмездия». И никаких двусмысленностей типа «Информация не может быть независимо проверена». Для Глобального Юга, в отличие от Запада, очевидно все.